- Ну и что?

- А то, что от положения родителей зависит карьера детей.

- Значит, и Реут...

- Не продолжай! Ты и так узнал слишком много.

- А как же всеобщее равенство? - с горечью спросил я.

- Ты или слишком наивен, дорогой Фан, - усмехнулся Урм совсем как Асда, - или...

- Глуп?

- Прикидываешься простачком.

- Не прикидываюсь!

- Тогда пора повзрослеть.

- Ты играешь со мной в прятки, - обиделся я. - Думаешь, не вижу? Если я безнадежный дурак, то какого... На что я тебе со своей дремучей наивностью, которую с трибуны ты сам же столько раз объявлял верностью идеалам, твердостью идейной позиции?

- У тебя чистая душа, Фан, - прочувственно сказал Урм. Это сейчас редкость. Прости, если обидел. Знай, я считаю за честь быть твоим другом.

Слова Урма меня растрогали. И все же я не удержался от щекотливого вопроса:

- А своей карьерой ты тоже обязан родителям?

Я думал, что Урм будет отрицать это, но ошибся.

- Именно так, - подтвердил он. - Я долго не подозревал, в чем причина моего взлета. Тешил самолюбие, мол, оценили мои способности... И знаешь, кто просветил меня?

- Ну?

- Наш вождь и учитель.

- Лоор? - не веря ушам, переспросил я. - Не может быть...

- Еще как может! - положил конец моим сомнениям Урм.

- А я-то был уверен, что он не подозревает о злоупотреблениях!

- Лоор их вдохновитель.

- Послушай, Урм, - встревожился я. - Что будет, если "верняки" узнают о нашем разговоре?

- Они уже знают. Здесь повсюду подслушивающие устройства.

- Тогда мы оба погибли...

- Не бойся, - успокоил Урм. - "Верняки" слышат безобидную болтовню, которую я записал заранее.

И тотчас зазвучал мой собственный голос:

"Синтезировать пищу не так просто. Ведь она должна иметь стандартный вкус. Существует около трехсот вкусовых эталонов, и нужно обладать исключительно высокой восприимчивостью, чтобы в процессе дегустации безошибочно установить соответствие продукта..."