Когда он в громоздком защитном скафандре выбрался из люка, то прежде всего приятно поразился той легкости, с какой нес на себе тяжеленный скафандр и передвигал ноги в башмаках с подошвами из свинцовой пластмассы-на Земле каждый башмак весил более десяти килограммов.. Спустившись по стремянке, укрепленной на опорной ноге ракеты, он ступил на ноздреватую, похожую на пемзу, поверхность планеты, сделал шаг вперед и... мягко поднявшись в воздух, пролетел несколько метров. Тренировки на батуте и тяжелые башмаки помогли ему сохранить равновесие в полете,- он так же мягко опустился.

Это было восхитительное ощущение. Алешкин сделал еще шаг, еще... и услышал в шлемофоне голос пилота: - Не увлекайтесь! Смотрите, под ноги, можете провалиться в трещину.

Алешкину стало стыдно за свое несолидное поведение - инженер, а распрыгался, как шкбльник. Он повернулся к кораблю и увидел, как прямо на него, отчаянно размахивая руками, летела Мей. Алешкин поймал ее в охапку и с трудом удержался на ногах - величина момента инерции на Луне была такой же, как и на Земле.

Их окружала красноватая каменистая пустыня. Изрытая кратерами, усеянная скальными обломками, местами покрытая слоем пыли, она уходила к горизонту, который был непривычно близок. Казалось, пустыня совсем рядом обрывается в пропасть, в черную - немыслимо черную - пугающую бездну Космоса.

На смолянисто-черном небе, в окружении ярких немерцающих звезд, висел блeдно-желтый пылающий шар - Солнце.

Потом Алешкин разглядел вдали и показал Мей светло-дымчатый купол МНИС, над которым вращалась решетка телелокатора. Возле купола стояла танкетка, издали очень похождя на божью коровку из-за полукруглого защитного панциря.

Четыре фигурки в белых скафандрах мягкими прыжками спешили им навстречу.

Приняв у "Луны-37". оборудование и все незаконченные дела, станция "Луна-38" начала свою работу.