– Да – удивился капитан – А как вы догадались?

– О! Это очень просто, – проворчал Марбл. Он выбрался из своего угла, попеременно перебирая парой ложноног и ложнорук, и принялся совершать методичные перемещения, то удаляясь от капитана, то приближаясь.

– Все просто. Я бы сказал: все написано у вас на лице, капитан… – задумчиво заговорил Марбл. – Ваше лицо имеет синеватый оттенок. Так бывает, если провести некоторое время на планете, где атмосфера несколько отличается по составу от привычной. А какой уважающий себя Звездный Волк, пусть даже испытывая некоторый дискомфорт, не посчитает делом чести обойтись без скафандра? Именно такой планетой и является Лю созвездия Хрю-Оз.

– Просто поразительно! – воскликнул потрясенный капитан Глазз. – А я-то думал, что такой цвет лица у меня от несварения желудка. Видите ли, мистер Марбл, у нас вышел из строя корабельный кок-кибер, и я вынужден был сам готовить завтрак. Радист и механик есть его отказались, сказав, что я хочу их отравить, а я съел все три порции…

– Это совпадение случайное, – перебил капитана Марбл и, помолчав, добавил:

– Значит, на корабле вас трое, не считая кок-кибера…

– Сверхъестественно, – прошептал капитан Глазз, – но откуда…

– Вы сами об этом только что сказали, – отрезал Марбл и впился взглядом своих 322 зрачков в район сонной артерии капитана.

Тот решил не затягивать визит и торопливо изложил суть истории:

– Вчера в 16 часов 00 минут по среднегалактическому времени весь экипаж, включая кок-кибера, собрался в кают-компании обсудить итоги экспедиции. Вся собранная информация была помещена в единый блок памяти – кристалл. Копии материалов стерты. В 16 часов 29 минут все отправились по своим местам. Радист – в рубку (ровно через минуту должен был начаться сеанс связи с базой). Я – на мостик. Механик – в рефрижераторный отсек, а кок-кибер – на камбуз. Как только я поднялся на мостик, меня по видеофону вызвал механик из рефрижераторного. Было ровно 16 часов 30 минут. И тут я вспомнил, что кристалл с отчетом остался на столе кают-компании.