Вслед за грунтовыми водами опять пошла глина, но на этот раз красная. Это натолкнуло Серафима на мысль устроить в районе Былева завод по производству китайского фарфора, ибо Серафим, трудясь над изобретением бесшовного диффузионного метода, попутно открыл секрет китайских мастеров, - правда, все-таки несколько в своей интерпретации: он применил в технологии ультразвук, коего лишены были китайцы. Впрочем, им торопиться было некуда, и возможно, что они в течение длительного периода месили глину ногами. Естественно, обнаружился и источник утери способа: кто-то из поколения мастеров не выдержал столь тяжелой работы и скончался, не успев передать секрет потомству, и уже никто больше, кроме Серафима, не сумел догадаться, что месить глину надо было на протяжении столетий, иначе бы фарфор не получился.

Вскоре красная глина перешла в тяжелый песок с примесью легкого гравия, а затем - и в тяжелую гравийную массу, щедро сдобренную ракушечником и мягким известняком.

Потом пошел довольно качественный мрамор. Пока тележка отвозила в овраг очередную глыбу, Серафим успевал, орудуя взрывомолотком, не только вырубить в тоннеле очередной мраморный кусок, но и придать ему соответствующую настроению форму. Так из-под его взрывомолотка вышли отличные копии древних скульптур, как-то: "Венера Милосская" - 3 экземпляра; "Дискобол" - 2 экземпляра; композиционная группа "Лаокоон и сыновья" - 1 экземпляр, а также множество поделок, вещичек, шкатулок для хранения мелких и крупных предметов - от бриллиантов до фуража.

Плохо было то, что Серафим опять вдруг начал кашлять: повинна в том была мраморная пыль, которая попадала в дыхательный тракт. Пришлось подвести воду и работать водяной струей вкупе с взрывомолотком.