- Мне нужно исследовать алмаз "Щах".

- Та-а-ак... - протянул Чернов. - Почему именно "Шах", а не "Орлов"?

- Как же, - заволновался Усманов, - во-первых, противоестественная для алмазов форма, во-вторых, размеры, в-третьих, я выявил в нем столько странных закономерностей...

- Камень детально исследован Ферсманом,

- Ну да, на уровне двадцатых годов; лупа и прикладной гониометр. Ни показателя преломления, ни удельного веса, не говоря уже об интерференционных фигурах.

- Двадцать второй год, - раздумчиво произнес Чернов. - Да, это не сахар... Александр Евгеньич рассказывал мне о перевозке драгоценностей русской короны из Петрограда в Москву... Да... Так ты считаешь, что на "Шахе" написано, как следует растить крупные алмазы неправильной формы?

- Это утверждает Ферсман!

- Да... - Чернов принялся поглаживать голоду, - Да... Симметрия среды обязательно влияет на форму... Да... А если алмаз продолговат, то, следовательно, питающее вещество поступало неравномерно...

- Чернов, - кивнул головой Марат. - "Голубая книга", страницу не помню.

- Не язви... Да... А как мы получим к нему доступ? - вдруг спросил Николай Иванович,

Марат пожал широкими плечами.

- Ладно, это моя забота. У тебя все? - Не дожидаясь ответа, встал и подал руку: - Привет Ирине,

6. ХОРОШО БЫТЬ АКАДЕМИКОМ

Все, что видим мы, - видимость только одна.

Далеко от поверхности мира до дна.

Полагай несущественным явное в мире,

Ибо тайная сущность вещей - не видна.

Омар Хайям

Прошел месяц. От Николая Ивановича не было никаких известий, Усманов злился, но напоминать о себе не решался. Тут районная газета опубликовала очерк Песцовой. Заголовок, разумеется, гласил: "Рукотворный алмаз". В очерке Марата называли алхимиком, который из сажи делает бриллианты. Кроме того, там было написано, что за спиной кандидата наук Усманова - что бы вы думали? - кандидатская диссертация.