Проснулся он поутру в своем похожем на яйцо аппарате и долго с похмелья не мог понять, где находится. Рокрафт парил на высоте нескольких сот метров над каким-то тропическим островом, вокруг в лазоревой дымке просвечивал океан. Чудеса! Пить начал в самый ливень в штате Нью-Гемпшир, а похмеляться придется черт знает где! Потом уже, осознав происшедшее, он начал возносить осанну, что хватило разума забросить себя на просторы Тихого океана, в родные места. Здесь проснулась его давняя страсть к орнитологии - он уже лет десять не наслаждался птичьим пением. В поселке Рогатьен обзавелся необходимым оборудованием и отправился на Алакайские болота, где, если повезет, ему впервые удалось бы увидеть и сфотографировать редкую птицу из единственного оставшегося в живых местного вида.

Теперь по собственной глупости он упустил такую возможность. Птица скрылась, и, если он начнет преследовать ее, пичуга может завести в такие дебри, из которых ему уже никогда не выбраться. В здешних топях исчезли куда более сильные операнты, чем он. Тут еще встречаются такие заброшенные и пустынные уголки! Какой позор, если он, попав в гиблое место, начнет взывать о помощи! До сих пор он соблюдал осторожность и не удалялся от пробитой через болота тропки более чем на несколько шагов...

Все, хватит причитать, нельзя терять голову. Пора заняться делом!..

Он не спеша обогнул покрытую ржавой водой бочажину - по краям ее россыпью росли белые, оранжевые и шоколадного цвета лишайники, затем, выбрав более удобный пункт наблюдения, навел тепловой видоискатель на рощу. Глазок на приборе мерцал безнадежно зеленым светом. Разве в такой чаще можно отыскать птичку размером с двадцатицентовую монету? Отчаяние охватило старика. Он повел фотокамерой в поисках цели без всякой надежды на успех, ведь пичуга могла спрятаться за стволом дерева. Вдруг зеленый блеск глазка сменился на торжествующий, алый... Роги осторожно переменил положение тела, принял более удобную позу и глянул в зрачок видоискателя.