Зеркальная поверхность воды зашевелилась и разошлась кругами. Из глубины показался мокрый и блестящий панцирь водяного гиганта, затем клиновидная, покрытая щитками голова. Дорфирон остановился у самого берега, наполовину высунувшись из воды. Длинное тело водяного броненосца было прикрыто тремя округлыми роговыми пластинами, заходящими друг за друга, горизонтальный лопатовидный хвост загребал воду, удерживая зверя на плаву.

- Вот и лодка. - Лила кивнула Витри, чтобы он следовал за ней, и взобралась на мокрую спину дорфирона. Лоанец не задумываясь вскарабкался позади магини и обхватил ее за пояс. Последние несколько дней перевернули его представления об опасности.

Витри почувствовал, как напряжена его спутница, и понял, что она силой магии удерживает зверя в подчинении. Она развернула дорфирона и направила к острову, похлопывая его ладонями то справа, то слева. Дорфирон мощно плыл, загребая лапами-ластами против течения, остров Керн приближался, и вскоре жесткая морда водяного броненосца уткнулась в песчаный берег. Лила отпустила зверя и села выливать воду из башмаков.

- Получилось, - подняла она к лоанцу осунувшееся, но довольное лицо. - Мы обогнали его.

Витри не сразу понял, что она говорит о посланце Каморры, слишком заняты были его мысли диковинным зверем. Он посмотрел туда, куда указывала магиня. Человека в лодке сносило к восточному краю острова, он с трудом выгребал против течения.

- Невероятно, - сказал Витри, имея в виду дорфирона. - Как ты это сделала? Это песня-заклинание, да?

- Сама не знаю, - ответила Лила. - Шантор говорил мне, что любое слово может стать заклинанием, если сумеешь вжиться в него. Эта песня - мне всегда казалось, что в меня входит частица океана, когда я пою ее. А сейчас... я почувствовала себя океаном... это по мне, как морщины по лицу, проходили гигантские волны, это на моей поверхности качались корабли. Я отыскала в себе дорфирона - он был близко и щипал подводную траву. Они, оказывается, едят траву, Витри!