Профессор пожал плечами.

- Ничем не могу помочь вам.

- То-то и оно.

Вдруг Бак взглянул в окно, вскочил со стула.

- Рэндольф идет! Вы оба оставайтесь здесь - может, я вас оставлю живыми. Перфессор, я хочу еще потолковать с тобой об этом телекинезе. Вдруг я смогу направлять и пули в полете. Оставайтесь здесь. Понятно?

Он повернулся и выскочил за дверь.

Профессор сказал:

- Он не сумасшедший?

- Рехнулся, как объевшийся ядовитой травы бычок, - ответил я. - Видно, этим он и кончит. Безобразная тварь, ненавидит всех, но теперь-то он в седле, и все остальные должны уступать ему дорогу.

Я с подозрением посмотрел на профессора.

- Послушайте, профессор. Вот вы говорили что-то о телекинезе. Это так и есть?

- Абсолютно точно.

- И он в самом деле думает о револьвере в своей руке?

- Именно.

- И быстрее всех выхватывает его?

- Невероятно, но так. Фактора времени практически не существует.

Я встал. Никогда я не чувствовал себя так скверно, как сейчас.

- Пошли, - сказал я. - Посмотрим, как там будет.

Будто у меня появились какие-то сомнения в способностях Бака. Мы вышли на веранду и приблизились к перилам. Возле нас появился Меннер. Он повязал голову полотенцем, на котором проступали красные пятна. Он смотрел на Бака, и ненависть была на его лице.

Улица была пуста. Только Бак стоял футах в двадцати от нас, да в конце ее шел шериф Бен Рэндольф, медленно ступая по густой пыли.

Несколько человек стояли на верандах, прижавшись к стенам и дверям. Никто не сидел - все понимали, что сейчас произойдет.