— Так, так, — прервал её чёрный кот. — Что ж, идите… — и принялся озабоченно мыться.

— Вот видишь! — со спокойным удовлетворением сказала Дженни, когда они медленно двинулись дальше. — Теперь мы знаем, что у нас есть пристанище. Приветствую вас, дорогие мои!.. Долгой вам жизни и доброго здоровья.

Фразы эти предназначались двум серым кошкам с замысловатым узором, сидевшим на окне дома № 5. Как и тогда, когда Питер глядел на них, гуляя с няней, они умывались, мурлыкали и следили взглядом за всеми, кто проходил мимо.

Ответ их, прошедший сквозь стекло, был таким вялым и сонным, что даже усики его плохо принимали.

— Я Шин…

— А я Шилла…

— Мы близнецы…

— Нас не выпускают из дому…

— А вы говорили с мистером Блейком?

Вопрос исходил от обеих сразу, и Питер ответил:

— Да. Он разрешил нам остаться.

Если можно радировать фырканье, кошки это сделали.

— Ф-ф-ф… Поистине не знаешь, с кем придется рядом жить!.. Раньше было не так…

— Никто не рылся в мусоре…

— Подумать, уличные кошки!

— Всего вам хорошего! — вежливо радировала Дженни, а немного отойдя, добавила: — Дуры и воображалы.

Из окна дома № 5 донеслись волны сердитого урчания.

— Приветствую вас! — сказал Питер зеленоглазой рыжей кошке, сидевшей у решетки дома № 11 так, что хвост её чуть не обвивался вокруг железного круга. Эту кошку он всегда гладил. Сейчас они коснулись друг друга носами.

— Прекрасно сказано, юноша, — одобрила кошка. — Я рада, что хоть у кого-то сохранились хорошие манеры. Манеры — великая вещь! С утра я сильно сердилась и не знаю, до чего бы дошла, если бы ты не заговорил со мной так вежливо. Меня зовут Вуззи. Надеюсь, вы видели мистера Блейка?

Дженни назвала их имена, лопаясь от гордости за Питера.

— Макмурр? — повторила Вуззи. — Звучит по-шотландски… А с виду вы очень хорошей породы… Судя по ушам, из Египта. Сама я такая смесь, ничего не разберёшь… Устроитесь, приходите сюда, посудачим…