Теперь этот мужчина в шлеме черной ладьи прошел мимо Люцины и остановился на расстоянии трех полей от нее, заслоняя черного ферзя, в роли которого выступала подруга Люцины.

Та девушка еще не сняла с плеч свое оружие. Она ждала хода белых. Люцина перехватила ее умоляющий взгляд. Она чувствовала, что сейчас потеряет сознание. Несмотря на это, она опустила арбалет и повернула рычаг, натягивая тетиву. И хотя Люцина опиралась на приклад арбалета, без помощи враждебной силы она свалилась бы на пол - такой чудовищной и бесконечно абсурдной была внезапно открывшаяся ей истина, что белый компьютер решился на "размен" ферзей, чтобы после ее смерти черная ладья заняла несколько худшую позицию.

Ей казалось, что она выстрелила в зеркало и попала себе в живот.

Она уже не видела лица композитора, когда крюк оттаскивал к стене тело ее подруги. Наверное, компьютер придал его лицу соответствующее выражение. Она направилась под топор черной ладьи, который прошел мимо ее головы и отсек руку, а потом блеснул еще раз в пламени гаснущего факела - и опустился.

Люцина услышала тихий шум волн. Одновременно вместо ощущения боли руки она почувствовала на коже приятный холод. Только золотая корона все еще неприятно давила на голову, поэтому она подняла руку ко лбу. Власть над руками восстановилась. Открывая глаза, ей показалось, что она видит сон.

Сначала она увидела небо, которое простиралось до горизонта. Одна его половина была затянута облаками, а вторая - сияла голубизной. Чтобы взлянуть туда, она поднялась и тогда увидела море.

Она лежала на песке под красным зонтом. На ней был одет купальник. Над берегом висели облака. Легкий ветерок рябил воду. Пляж занимали группки людей, загорающие на солнце.

С минуту она глядела вдаль.