— Эти корабли, которые на самом деле не корабли, — продолжил свое объяснение Лукас, подмигивая Джиму, — являются не чем иным, как локомотивами.

— Ах вот оно что! — сказала русалка. — Значит, это воломо… нет, молово… как вы сказали?

— Локомотивы! — повторил Джим.

— Да, именно так! — воскликнула русалка и пододвинулась чуть поближе — ей было очень любопытно. — А позвольте вас спросить: что это такое, толо-мокивы?

— Вы можете спрашивать сколько вам угодно, — отозвался Лукас с приветливой улыбкой. — Локомотив, стало быть, представляет собою нечто, что имеет колеса и передвигается по земле при помощи огня и пара, понимаете?

— Ага, понятно! — обрадовалась русалка. — Значит, миколо… то есть я хочу сказать: эта самая ваша вотиколодинжа — что-то вроде парохода, только уже сухого, да?

— Неплохо! — ответил развеселившийся Лукас, не выпуская трубки изо рта. — Можно и так сказать. Вы необыкновенно смышленая барышня!

Русалочка снова рассмеялась, услышав очередной комплимент, а потом добавила:

— Значит, этот корабль, который на самом деле не корабль, все же можно считать чем-то вроде корабля?!

И она радостно захлопала в ладоши. Морские жители, надо сказать, смотрят на мир только под одним углом зрения — имеет или не имеет данный предмет, данное явление или событие хоть какое-нибудь отношение к воде. Они очень нервничают, если нельзя что-нибудь истолковать с водной точки зрения. Но когда им удается нащупать хоть какую-нибудь связь с водой и найти подходящее объяснение (которое лучше назвать обводнением), они чувствуют необычайное облегчение. Но за это на них не стоит сердиться, потому что в целом они очень милые и симпатичные существа. В конце концов, ведь и люди очень часто о многих вещах судят, так сказать, со своей колокольни.