То, что Куроедов не имел врагов, было плохо. Сложнее было вычислить причину убийства. Костя вздохнул и решил заняться сбором и сортировкой лоскутов одежды со сломанных веток орешника, полурастоптанных бычков и оторванных пуговиц.

Когда сбор мусора уже подходил к концу, участкового привлек непонятный, едва уловимый шум в районе местонахождения трупа.

«Черт, неужели убийцу потянуло на место преступления?» – обрадовался Костя. Он лег на землю и постарался не сопеть. Характер шума в кустах был совершенно беззастенчивый. Вести себя так нагло не мог человек, сутки назад совершивший убийство. На всякий случай Комаров снял с предохранителя «Макарова» и по-пластунски, стараясь производить как можно меньше шума, пополз к подозрительному месту. Доползти он не успел. Из орешника показалась омерзительная, вся в буроватой земле, морда Мальвины.

«Пришла в надежде поживиться мертвечиной, – хладнокровно констатировал Костя, – ничего не нашла, но покопалась на месте кровавой лужицы».

Мальвина вела себя неадекватно. Выражение разочарования на ее мордашке смешивалось с алчным огоньком в крошечных, почти закрытых спутанными клочками шерсти глазках. Болонка оглянулась и, почти уткнувшись носом в землю, медленно пошла прочь от орешника. В высокой траве ее не было видно. Только напряженно приподнятый грязный серо-голубой хвост, нервно подрагивая, выдавал направление движения.

«Она же след берет», – осенило Костю.

Стараясь не спугнуть невольную помощницу, Комаров пополз следом. Ползти пришлось довольно долго. За вытоптанной но-пасаранцами зоной трава была более густой и высокой, чтобы не потерять из виду Мальвину, Косте приходилось часто поднимать голову. Когда он в очередной раз вынырнул из травы, кроме хвоста собаки его внимание привлекла не совсем заурядная травинка. На сочной зелени осоки темным пятном бурела застывшая капля.