Но ели. И даже просили добавки. Вот тут-то и возникли проблемы. Повара никак не рассчитывали на неуемный аппетит пришельцев, поэтому приготовили в первый день поменьше. Еды не хватило. Вечером вся бригада трудилась над изготовлением полуфабрикатов для прожорливых иноземцев. Бригадир даже собственноручно сварил бульон для рассольника. После окончания трудового дня уставшие повара забрали излишки еды и разошлись по домам. Утром их ждал сюрприз. Мясо из бульона для рассольника словно растворилось в этом самом бульоне, причем бульона значительно поубавилось. Заметно сократилась так же стопка нарезанных сырых отбивных, опустели три банки варенья, приготовленные для утренних блинчиков.

Повара пожимали плечами, втайне подозревали друг друга, но скандал устраивать не стали. Мало ли чего пропадает из общественных помещений! Не подозревать же коллег, в конце-концов! Все бы закончилось обычными сплетнями о товарищах за спиной, если бы во второй день еды не пропало еще больше. Это уже было нехорошо. Ну, ладно, не смог побороть соблазн похититель в один день. Но чтобы и второй раз оставить американцев полуголодными и не поделиться с товарищами – это было уже слишком.

Коллектив расшатывался на глазах пока молча. Сначала все члены бригады просто подозревали и тихо ненавидели друг друга. Потом эта тихая ненависть вылилась в более громкое шептание парочек по углам. А когда бригадир нечаянно проболтался, что к нему в гости приехали братья с семьями, нарыв нездоровых отношений в коллективе прорвался. На этот-то прорыв и попал Комаров. Пришел он поздновато и не слышал, как Марья Степановна обвинила бригадира в скармливании американского пайка своим братьям. Костя успел допросить всю бригаду и понял, что повод для кражи еды был не только у того самого мужичка в высоком колпаке.

Марья Степановна, например, готовилась к свадьбе сына. Вполне возможно, что она начала запасать продукты впрок. Маринка Зацепина страстно мечтала поправиться.