– Неужели вы не понимаете, – объяснял ему бухгалтер, – что Джип может вернуться с минуты на минуту?! И мы не знаем, на какой из двух экранов!

– Если он появится на моем, я вас сразу же предупрежу! – заверял адвокат. – Но это маловероятно. Ваш Джип не объявлен в сегодняшней программе передач. Вы ведь смотрели программу? После футбольного матча клуб домохозяек будет обсуждать, каким образом лучше всего класть в суп петрушку. И это единственная передача, которая меня интересует сегодня вечером. Я даже собираюсь записать кое-что, наверное, будут какие-нибудь дельные советы…

– Но вы можете сделать это и здесь, у нас! Садитесь, пожалуйста, сюда! Это очень удобное кресло!

– Э нет, синьор бухгалтер! Мое кресло гораздо удобнее! Оно из черной кожи! И кроме того, у меня есть еще скамеечка для ног. И потом – не знаю, как вы, – а я в конце концов собираюсь лечь спать…

– И выключить телевизор?

– Разумеется.

– Но сегодня этого нельзя делать! Телевизор должен быть включен, чтобы Джип мог вернуться домой!

– Вы хотите оставить его включенным на всю ночь?!

– Если понадобится, то и на всю ночь. Мы будем дежурить у экранов по очереди.

– Позвольте, но для кинескопа это верная погибель… Нет, нет! Я не позволю портить мой телевизор!

Тут в спор вмешался инспектор полиции. Он заметил, что прав, безусловно, синьор Бинда, и адвокату Проспери пришлось отдать своим войскам приказ об отступлении. Однако, прежде чем уйти, он довольно энергично выразил устный протест.

Представитель телевизионной компании и инспектор полиции начали наконец расследование. Но… тут же и окончили! Потому что ни тот, ни другой просто не знали, с чего начать. Оба считали, что случай этот необычный, невероятный и просто необъяснимый.

– Но ведь уже была недавно подобная история, – настаивал синьор Бинда, – я сам читал об этом в статье какого-то Родари. Он пишет, что это болезнь. А врачи даже название для нее придумали. Если не ошибаюсь – ТЕЛЕВИЗИОНИТ.