– Вот почему он вспомнил о вас! – усмехнулась тетушка Эмма.

– Внимание, Джип! – снова заговорил профессор Ночера. – Скоро спутник пойдет на снижение и войдет в атмосферу Земли. Спуск произойдет по команде с Земли. Не бойся, все будет хорошо! А пока приветствуй всех, кто сейчас сидит у телевизоров и тревожится за тебя. У тебя необыкновенные зрители – русские, американцы, итальянцы, англичане, немцы, французы, китайцы, африканцы… Скажи-ка что-нибудь…

Джип почесал затылок, скорчил гримасу и произнес:

– Добрый день и добрый вечер! Я не вижу вас, но я всех люблю. Вы все очень славные. Киска, попрощайся ты тоже. Перехожу на прием. Чао!

Но еще несколько минут, прежде чем была прервана связь с искусственным спутником, люди самые-самые разные – белые, черные и желтые, счастливые и несчастные – продолжали с улыбкой смотреть на изображение мальчика, игравшего с котенком там, на космических дорогах…

Тысячи журналистов принялись отстукивать на машинках свои статьи в газеты.

«Улыбающееся лицо Джипа, – писали девяносто пять журналистов из ста, – это пожелание мира и счастья нашей старой планете!»

А те пять журналистов, которые оставались от ста, начинали с той же фразы, только вместо слова «улыбающееся» они написали «веселое».

«Кошкина мама»

19 января в 3 часа 30 минут мало осталось таких римлян, которые не сидели бы у телевизоров или радиоприемников у себя дома или в кафе. Все ждали известий о Джипе, о его приземлении. Понятно, что на улице было очень мало прохожих. И уж совсем немногие оказались в тот момент у древнего Колизея – кто спешил по своим делам, а кто по чужим. И среди этих немногих была старушка с хозяйственной сумкой в руках. В сумке она несла разные кулечки с потрохами, корочками сыра, рыбьими головами, кусками хлеба и кусочками мяса.