– Папа, ты ведь знал, что мост обвалится? Знал, да? Тебе много раз об этом сообщали и просили, чтобы ты принял меры – вот, я нашел… – Голос Норберта дрожал и ломался. Он бросил на стол пачку бумаг.
– Что ты хочешь этим сказать? – нахмурился губернатор, стараясь подавить зашевелившееся на дне души неприятное беспокойство.
– Если бы ты вовремя закрыл мост на ремонт, мама осталась бы жива.
Губернатор был потрясен: сопляк обвиняет его в смерти Петры! И это после всего, что отец для него сделал… Вначале он не позволил гневу прорваться наружу, ответил спокойно:
– Сынок, я предупреждал твою маму о том, что мост в плохом состоянии. Это для меня тяжелая потеря…
– Но ведь там были и другие люди, кроме мамы! Получается, что все они погибли из-за тебя. Почему ты не закрыл мост?
Губернатор дал мальчишке пощечину и вышвырнул вон из кабинета. А Норберт спустя несколько дней заявил, что никогда не станет государственным чиновником – «потому что не хочу быть подлецом»… Ну ладно, посмотрим, как ты проживешь без папиных денег, усмехнулся про себя губернатор… Парень уехал в столицу, поступил на исторический факультет Соледадского университета. Чтобы прокормиться, подрабатывал грузчиком в космопорте. После третьего курса его отчислили за неуспеваемость, и он вернулся в Венеду. С тех пор вот уже два года валял дурака в частной коммерческой фирме с нелепым названием «Антираспад», которая постоянно балансировала на грани банкротства… Губернатор ждал, когда он сломается. Денег не давал, только платил за квартиру в престижном районе Венеды (в память о Петре – когда-то он подарил ей эту квартиру). Бывало и такое, что сын появлялся в резиденции. Если отец его спрашивал, не одумался ли он, тот только молча пожимал плечами. В глубине души губернатор подозревал, что Норберт никогда не сломается – он упрямый, весь в мать…