Вдруг с сухим пистолетным выстрелом пробка вылетела, и бутылка начала с пожарным воем фонтанировать. Дымом без пламени. Витька с отвращением наблюдал за этой неожиданной вулканической деятельностью.

Невозмутимый Роман толкнул меня в бок:

- Смотри, сейчас будет интересно...

Завихренные клубы дыма плотнели, конденсируясь в материальный образ. Через минуту перед нами торчал полудикий джинн с поношенной повязкой на бедрах. Едва закончилась материализация, как он шлепнулся на колени и начал просить:

- О звезды души моей! О властители моих мыслей! Чего вы хотите? Ваш преданный раб Абдул-ибн-Хамид исполнит любое ваше желание!

Всем стало тоскливо, как в бюро добрых услуг.

- Пусть лезет назад в бутылку, - сказал Ойра-Ойра.

- Иди ты! - злобно дернулся грубый Корнеев, а джинну приказал: - Встань на ноги, дурень! А ну, воздвигни общежитие на два корпуса - один корпус мужской, другой - женский.

- А женский зачем? - спросил Роман.

- Я жениться хочу! - прорычал Витька.

- Неплохая идейка...

- Я с плохими не возникаю.

Джинн ударил челом об землю и ответил:

- Слушаю и повинуюсь, о мой господин!

Мгновенно прямо из-под земли вырос шикарный, будто из народной сказки, косо срубленный и крепко сбитый терем. Со всякими резными штучками.

- Ты что сотворил? - нахмурился грубый Корнеев. - Издеваешься? Кто тут станет жить без сантехники? Нам что, по вечерам лучины жечь? Тараканов щелчками сбивать?

От Витькиной критики Абдул-ибн-Хамид весь позеленел. Резной, хорошей ручной работы терем провалился сквозь землю. В воздухе мелькнули роскошные варварские гаремы, староримские луперналии и даже Версальский дворец в эпоху разложения феодализма.

Грубый Корнеев всю эту древнюю старину обплевал и облаял:

- Типичное не то!

- Да не кричи ты на Абдулку, - поморщился Роман.