Он скучал с достоинством, не визжал и не метался по дому, – он же не щенок какой-нибудь, а серьёзный пёс. Но в доме, в саду и на дворе стало так томительно пусто и тихо – никто не смеётся, не просит его дать лапу и поиграть в прятки. А может быть, Катю уже увели в детский сад и его не взяли? Надо проверить. Калитка на улицу была закрыта, но Джумбо давно уже научился её открывать. Сильная лапа упёрлась в забор, другая нажала на ручку и потянула к себе. Довольно и маленькой щели, чтобы просунуть нос, потом плечо… и пёс волчьим галопом помчался по улице.

Вот и садик. Ворота открыты, и во дворе – самый любимый Борин друг Санька, сын поварихи. Джумбо, весело махая хвостом, подбежал к нему – где Санька, там, наверное, и Катя с Борей найдутся. На минуту он было скосил глаза и насторожился: Санька стоит около телеги, а на телеге кто-то чужой, и уже лошади трогаются в открытые ворота. Ну, двор не наш, его это не касается. И Джумбо снова повернулся к мальчику. Санька ласково обнял его за шею.

– Тебе чего, Джумба?

Чужой вдруг натянул вожжи и остановил лошадей.

– Ишь ты, откуда ты такого зверя знаешь?

– Борькин пёс, – объяснил мальчуган. – Катю из садика домой сам водит. Умный такой… никого не подпустит.

– Ишь ты, – повторил чужой. – А тебя как, слушается?

– Хочешь, верхом сяду? Он знает, мы с Борькой первые дружки. Вон как!

– Так, так, – поддакнул чужой. Он повозился в телеге, там что-то брякнуло. – А ну, покажи, как он тебя слушает. Зацепи ему ошейник, вот крючок на цепи. Да нет, не сумеешь.

– Сумею, – обиделся Санька. – А ну, давай крючок. Так цеплять? Вот и всё. А говоришь – не сумею.

Джумбо удивлённо поднял голову – что это Санька делает с его ошейником? Но чужой человек на телеге вдруг подхватил вожжи, взмахнул кнутом, лошади дёрнули, и телега покатилась к воротам. Джумбо, озадаченный, ещё не понял, что случилось, – его рвануло и потащило за телегой: другой конец цепи был крепко привязан к задку. Пёс яростно зарычал и упёрся всеми четырьмя лапами, но они проехались по земле, поднимая густую дорожную пыль.