- Здравствуйте, Ильяс Махмудович, - Миша на правах старого знакомого пожал ему руку.

"Ильяс Махмудович, - скрывая усмешку, подумал я, разглядывая фельдшера. - А выглядит на Ивана Ивановича. Татарин, наверное".

- А, товарищ следователь, - фельдшер был ещё не стар, но полноват. И явный сангвиник. - Или теперь к вам обращаются "господин"?

- Да ну... - отмахнулся Мишка. - Для вас просто Михаил Тарасович... Познакомьтесь, это мой коллега Александр Александрович. Он к вам, собственно, по тому же делу. Вы можете слово в слово повторить то, что говорили мне?

- Я что - магнитофон? - хохотнул фельдшер. - Ну, так и быть, повторю. Пошли в ординаторскую, там сейчас никого нет.

В ординаторской запах дезинфекционного раствора и лекарств был совершенно невыносимым, но ради такого дела газовую атаку можно и потерпеть. Фельдшер, сделавшись вдруг серьёзным, коротко пересказал мне всю эту историю с пропавшими анализами.

- И ещё, - добавил он в конце. - Помните, Михаил Тарасович, я говорил вам о необычных анализах того мальчишки? Я поговорил с лаборантками, кое-что освежил в памяти... Вы знаете, что его чуть не перевели в онкологию?

- То есть? - я опять вооружился блокнотом и включил диктофон.

- У него в крови было повышенное содержание лейкоцитов, практически на грани лейкоза. Вот почему я его запомнил. Но доктор диагноз не подтвердил. Сказал: сделаем анализ через несколько дней. Если лейкоциты повысятся или останутся на том же уровне, переведём в онкологию. Через пять дней делаем повторный анализ, и что вы думаете? Лейкоциты почти в норме!

- И это показалось вам странным?

- Уважаемый, - Ильяс Махмудович посмотрел на меня своими голубыми глазами. Подобного случая не было за все двадцать лет, что я здесь работаю, могу поручиться.