Другие поддержали его, выкрикивая оскорбления, похваляясь тем, что когда-нибудь перебьют всех варваров или обратят их в рабов.
Я допустил оплошность, показав им, что разозлился. Я знал, что это неразумно, но ничего не мог с собой сделать.
– Если вы не хотите мне помочь, дайте мне пройти, – сказал я.
– Да он не просто варвар, он еще и наглец! – закричал один из ребят, наезжая на меня лошадью.
– Отойдите прочь, дети! – потребовал я.
– Мы должны его проучить, – сказал прыщавый. Остальные захихикали.
– Лучше оставьте меня в покое, – сказал я, сжимая посох обеими руками.
Высокий красивый подросток сбил с меня шляпу.
– Вот тебе, трусливый азиат! – закричал он.
Недолго думая, я выругался по-английски и взмахнул посохом. То ли молодой человек успел увернуться, то ли его лошадь отпрянула, но я промахнулся. Посох мой пролетел мимо цели и ударил одну из лошадей по морде.
Лошадка пронзительно заржала и встала на дыбы. Всадник, сидевший без стремени, соскользнул с крестца лошади в грязь. Лошадь умчалась.
Все шестеро завопили. Светловолосый, у которого был необыкновенно пронзительный голос, стал выкрикивать угрозы. В следующую секунду я увидел, что его лошадь несется прямо на меня. Раньше чем я успел увернуться, она сбила меня с ног, я полетел вверх тормашками, и животное перепрыгнуло через меня, пока я катился по земле. К счастью, лошади стараются не наступать на мягкое, иначе я был бы растоптан. Я едва успел встать на ноги, как заметил, что остальные мальчишки тоже посылают лошадей прямо на меня.
Рядом росла старая сосна. Я нырнул под нижние ветки раньше, чем лошади налетели на меня, всадники скакали вокруг дерева и вопили. Я с трудом понимал, что они кричали, но услышал, как прыщавый приказал:
– Птолемей! Езжай домой и привези луки и копья!
Стук копыт смолк в отдалении. Я почти ничего не видел сквозь ветки, но догадывался о том, что происходило. Мальчишки не собирались атаковать меня пешими, во-первых, потому что им больше нравилось ездить верхом, да и слезать с коней, ловить их потом им было лень; во-вторых, до тех пор пока я стоял спиной к дереву, им было не так просто добраться до меня сквозь сплетение ветвей, а я мог бы отбиваться от них посохом.