С прошлого года Бера решил, что с него хватит, и, покончив с охотой за органлеггерами, перешел к техническим вопросам. Теперь он руководил лабораторией АРМ.

Он просто обязан был поинтересоваться, что собой представляет это оригинальное сооружение. Я ждал, когда же он об этом спросит… а он просто смотрел, слегка улыбаясь. Наконец меня осенило. Он полагал, что это розыгрыш, какая-то штуковина, сколоченная мною, дабы ввести его в смущение.

– Бера… – произнес я.

Он, улыбаясь, посмотрел на меня и спросил:

– Ну и что же это такое, дружище?

– Ты задаешь очень неловкие вопросы.

– Да, я понимаю твои чувства, но что же это? Мне это сооружение нравится, оно изящно, но для чего ты мне его приволок?

Я изложил ему все, что знал, не вдаваясь в догадки. Когда я закончил, он только произнес:

– На новый межзвездный двигатель не очень-то смахивает.

– Ага, так ты тоже слышал об этом? Да, не похоже. Хотя…

Я раздумывал над этой проблемой с того самого времени, как увидел установку.

– Может быть, она должна ускорять скорость синтеза. Тогда термоядерный двигатель сделается более эффективным.

– Чушь. Они уже работают на уровне девяноста процентов эффективности, а эта штука выглядит тяжеленной. – Протянув руку, он осторожно коснулся изогнутого серебряного треугольника длинными тонкими пальцами. – Н-да… Ладно, будем разбираться.

– Желаю удачи. А я возвращаюсь в квартиру Синклера.

– Почему? Все интересное будет происходить здесь.

Он достаточно часто слышал о моей мечте – принять участие в колонизации других звезд. И явно хорошо представлял, насколько серьезно я отношусь к созданию нового двигателя для межзвездных транспортных кораблей.