Поэтому я стал составлять поисковое задание для компьютера: найти штуковину, которая испускает луч такого-то рода. На основе картины проникновения в кожу, кость и мозговую ткань, вероятно, можно было построить зависимость частоты света от продолжительности вспышки, но я не стал с этим возиться. За мою лень я поплатился позже, когда компьютер выдал мне список разной техники в фут толщиной, и мне пришлось все это просматривать.

Я набрал инструкции и сделал перекур с еще одной порцией кофе. И тут позвонил Ордас.

Детектив-инспектор Хулио Ордас был изящным темнокожим человеком с прямыми черными волосами и мягкими черными глазами. Когда я впервые увидел его на экране телефона, он сообщил мне об убийстве моего лучшего друга . И двумя годами позже я по-прежнему вздрагивал, увидев его.

– Привет, Хулио. По делам или так просто?

– По делам, Джил. К большому сожалению.

– К твоему или моему?

– Обоих. Тут, вообще-то, убийство, но еще есть одна машина… Вот, видишь за мной?

Ордас вышел из поля зрения и повернул камеру телефона.

Я увидел чью-то гостиную. На зеленом травяном ковре был широкий обесцвеченный круг. В центре круга находилась машина и человеческое тело.

Не подшучивал ли Хулио надо мной? Тело было старым, наполовину мумифицировавшимся. Машина же была большой, загадочного облика. От нее исходило приглушенное, зловещее голубое свечение.

Ордас спросил вполне серьезно:

– Ты когда-нибудь видел что-то похожее?

– Нет. Какая-то машина.

Без сомнения, устройство экспериментальное: ни пластикового корпуса, ни компактности, ни признаков конвейерной сборки. Слишком сложное, чтобы изучать его по телефону, решил я.

– Н-да, похоже, этим должны заняться мы. Можешь прислать ее?

Ордас подошел ближе. Он слегка улыбался.