— Здравствуй. Что с тобой случилось, Дик? Почему попал сюда?

— Мне глаз повредило осколком, — всхлипнул Дик. — Мне осколок стекла в глаз попал… Очень больно…

— Стеклянный осколок?.. Как же ты так, а? — посочувствовала сиделка.

Миссис Джен, видно, любила поговорить. Она уже собралась присесть рядом с Диком и расспросить его обо всем, но, услышав, как скрипнула табуретка под мрачным Грейди, взглянула в его сторону и заторопилась:

— Впрочем, потом расскажешь, сейчас пойдем… Сказав так, она взяла Дика за руку и повела по длинному, устланному цветным линолеумом коридору. По бокам его шли двери. Дойдя до той, на которой была табличка «ванная», миссис Джен щелкнула выключателем, зажгла свет, зашла первой. Дик последовал за ней.

Про ванные комнаты Дик много слышал. Он, например, знает, что в особняке у Риты Хэйворд, которая снимается в кино и получает за это немыслимо громадные деньги, купальный бассейн устроен из золота и яшмы. Еще он знает, что в богатых квартирах бывают по три — четыре ванные комнаты: сколько спален, столько ванн. Но так устроено в хороших домах. А в их районе этого нет. Дик за вею жизнь ни разу в ванне не мылся. Мать, если купает его, то прямо в комнате, в тазу. А тут все как на картинке в журнале или как в кино: кафельные стены, белая, вделанная в пол ванна, фарфоровые краны, изогнувшийся шланг душа…

Дик вспомнил про дочь миллионера. Такое великолепие могло принадлежать только ей. Должно быть, умирая, она приказала, чтобы ванную перенесли в лечебницу. Бедная, бедная Сильвия!..

Миссис Джен тем временем открыла кран, пустила воду.

— Ты как любишь, Дик: тепленькую или погорячей? — спросила она.

Горячей воды Дик не любил. Он это знал определенно. Из-за горячей воды у него всегда бывали споры с матерью, когда та принималась за него. Поэтому голову ломать над ответом ему не пришлось.

— Нет, нет, миссис Джен, только не горячую. Мне тепленькую…