легкий походный стол и три складных стула. На столе

три миски, тарелка с сухарями, вилки, ложки.

Возле керогаза на корточках сидит небритый мужчина. Он

занят приготовлением пищи. Это Роман Любешкин. Он - в

синих сатиновых брюках спортивного покроя и

безрукавке-сеточке, в пилотке, сделанной из газеты. На

ногах - белые туфли из парусины.

Одна дверца машины открыта. Из нее торчат голые мужские

ноги в спортивных тапочках. В отдалении - шум морского

прибоя.

Большая пауза.

Роман (держа в руках пакет с концентратами, напевает про себя наставление). "Размять брикет, залить его водой, довести воду до кипения и кипятить при непрерывном помешивании в течение одной минуты, потом раствор процедить через марлю, разлить в формы для охлаждения". Ясно... Так и сделаем... (Разливает содержимое кастрюльки по трем стеклянным банкам из-под консервов.)

Голос из машины. Дежурный!.. Любешкин!

Роман (не оборачиваясь). Я - Любешкин!

Голос из машины. Кормилец! Скоро там у тебя?

Роман не отвечает.

Любешкин! Ты что, оглох, что ли?

Роман (продолжая заниматься хозяйством). Давай сигналь!

Раздается продолжительный автомобильный сигнал. Затем

голые ноги исчезают. Появляется Владлен Рубакин. Он

тоже, по-видимому, отпускает бороду. На нем выгоревшие

от солнца короткие штаны и майка неопределенного цвета.

Владлен (потягиваясь). Режим нарушен - обед запаздывает! Какая сегодня пища?

Роман (невозмутимо). Пища богов!

Владлен. Живем в краю жиров и витаминов, а питаемся брикетами, как в Антарктике...

Роман (так же невозмутимо). Дорогой товарищ дипломат! Сегодня у нас скромный, но питательный обед! Да! Он приготовлен в основном из брикетов. Да! Это вам не обед на приеме в каком-нибудь посольстве, но, во-первых, это вполне удобоваримо, а во-вторых, раз уж мы взяли с собой столько каш и супов, желе и киселей, надо же их уничтожать? Не везти же обратно?