И еще он сказал Менолли, что послал Главному арфисту две ее песни. - Разве женщины бывают арфистками? - спросила она тогда Петирона, вне себя от робости и изумления. - Абсолютный слух встречается у одного из тысячи, - как всегда уклончиво отвечал старик. И только один из десяти тысяч способен сочинить пристойную мелодию с осмысленными словами. Будь ты парнем, все было бы совсем просто. - Но ведь я - девочка, и с этим ничего не поделаешь. - Из тебя вышел бы отличный крепкий парень, - не слушая ее, продолжал Петирон. - Что плохого в том, что из меня выйдет отличная крепкая девушка? полунасмешливо, полусердито осведомилась Менолли. - Ничего. Разумеется, ничего, - улыбнулся Петирон, похлопывая ее по руке. Менолли кормила старика обедом - его пальцы так чудовищно распухли, что он не мог удержать даже самую легкую деревянную ложку. Главный арфист - справедливый человек, с этим не сможет поспорить никто на Перне. Он меня послушает. Он знает свои обязанности, а я, в конце концов, - один из старейшин Цеха и стал им еще раньше него. Все, чего я от него хочу - прослушать тебя. - Так вы правда послали ему те песни, которые велели мне записать на вощеной дощечке? - Конечно, правда. Поверь, детка, я сделал для тебя все, что мог. Старый арфист вложил в эти слова столько чувства, что у Менолли не оставалось никаких сомнений - он выполнит свое обещание. Бедный милый Петирон... В последнее время память стала ему отказывать, он так же плохо помнил вчерашние события, как и дела давно минувшие. . На лицо ее упала тень от распростертых отрогов Полукруглого. Ладья входила в родную гавань. Девочка подняла голову. Высоко в небе она заметила крошечный силуэт летящего дракона. Какая красота! И как это в Бендене узнали? Хотя навряд ли. Скорее всего, дракон несет свою обычную стражу. Теперь, когда Нити стали падать в самое неожиданное время, драконы часто появлялись над Полукруглым, который лежал в стороне от оживленных путей, за непроходимыми болотами, окружавшими Нератский залив.