Думая, что ей следует пойти в соседнюю комнату и проверить другую шахту, чтобы решить, насколько серьезна возникшая проблема, Темпл шагнула назад к двери в капсулохранилище.

На этот раз дверь не поддалась ей.

Это было так неожиданно, что она налетела на дверь. Это больше испугало ее, чем причинило боль. В свои неполные тридцать лет она никогда не сталкивалась с отказом автоматических дверей. Все двери, кроме запертых, открывались: на запертых дверях обычно горели дежурные лампочки, которые невозможно было не заметить. Индикаторы на этой двери показывали, что она открыта и работает.

Она сделала новую попытку.

Дверь не открывалась.

Это было уже не странно. Это было серьезно. Значительная поломка, которая не выявилась при проверке. Или она произошла только что? В любом случае время игр кончилось. «Надежда Эстер» нуждалась в помощи. Нахмурившись, Темпл поискала взглядом ближайший микрофон, чтобы позвать Грасиаса и сообщить ему, что происходит.

Микрофон был напротив, на стене возле шахты подъемника. Темпл направилась к нему.

Но не успела она подойти, как дверь комнаты плавно отошла в сторону. С бесстрастным выражением на темном лице и немелодичным посвистыванием, морщившим его губы, в комнату вошел Грасиас. Он нес перекинутый через плечо легкий спальный тюфяк. Дверь за ним спокойно закрылась.

«Куда-то идешь?» — спросил он тоном небрежного любопытства. Непроизвольно Темпл широко улыбнулась. «Чтоб вас всех разорвало», — проговорила она. — «Как ты это сделал?»

Он пожал плечами, стараясь притушить блеск глаз: «Все очень просто. Вспомогательный компком как раз над нами». Он кивнул в направлении компьютерного командного пункта, мимо которого она проходила. — «Корабельные сенсоры, регистрирующие движение, показали, где ты. Я видел, как ты вошла сюда. Поставил временную дополнительную защиту. Дал компьютеру задание не реагировать на тело, масса которого меньше моей. И в результате ты заперта здесь на час-другой».