Туристский бот, программа передвижения которого устанавливается в диспетчерской, я заметил. Знал и о том, что для учителей делают исключение и дают им пропуск в Заповедные зоны, но не надеялся встретить одного из этих людей здесь, на кордоне. К ним я всегда, еще с нулевого цикла, относился с уважением. Как правило, это были люди с очень интересным прошлым, заслужившие прожитыми годами право передавать свой жизненный опыт и опыт всего человечества подрастающему поколению.

— Кто он?

— Богомил Геров.

— Нуль-пространственник? — обрадовался я.

— Нет, он филолог, — покачала головой Инга, потом почему-то покраснела и призналась, что у нее эксперимент и ей необходимо в озеро.

Она так и сказала — «в озеро», и, увидев на моем лице легкое недоумение, добавила:

— Садки с мальками размещены на глубине, поэтому там и моя временная база… Это ненадолго. Сниму показания приборов, заберу Сережу…

— Он-то где? — поинтересовался я.

— Изучает прибрежных ракообразных, — нарочито важно подчеркнула Инга. Похоже, ее одновременно и радовало, и забавляло, что сын как-то незаметно вырос. Обычная история…

— Ракообразных, — сказал я. — Надеюсь, остальная часть обеда не из них?

Инга оценила шутку:

— Из других видов. Парное молоко и лепешки. Сама пекла.

— Ну тогда… — развел я руками.

— Не грусти, Юрочка, — засмеялась Инга, — твое одиночество будет непродолжительным. Надумаешь скучать, послушай кассету. Геров привез. Я, правда, краем уха слушала, боялась тебя пропустить. Но что-то очень интересное, какая-то жуткая история из времен Объединения… Когда еще не все было закончено… Кто-то кого-то догоняет, ловит… Кто-то кого-то убивает и убегает…

— Детектив! — блеснул эрудицией я.

— Нет, тут другое — хроника реальных событий. Рассказывает кто-то из родственников Герова.