Джестокост без запинки продолжил свои соболезнования:

- Я надеюсь, что ты, К'мель, будешь достойной наследницей своего отца. К тебе обращаются наши глаза в час общей скорби. О ком, как не о тебе, мог думать я, когда говорил, что К'макинтош никогда ничего не делал наполовину и умер молодым из-за того что стремился совершить невозможное. До свидания, К'мель, я возвращаюсь к себе.

Она появилась у него уже через сорок минут.

2

Он внимательно смотрел на нее, изучая ее лицо.

- Это важный день в твоей жизни.

- Да, Повелитель.

- Я не имею в виду смерть и похороны твоего отца. Я говорю о будущем. Нашем общем будущем.

Ее глаза расширились. Она не думала, что он _т_а_к_о_й_. Он был важной персоной, беспрепятственно разгуливал по Террапорту, иногда встречал особо важных гостей. Она тоже входила в команду встречающих. Она успокаивала обиженных или разочарованных гостей гасила ссоры. У К'мель была почетная профессия. Никто не считал ее проституткой, невинный флирт входил в ее профессиональные обязанности. Джестокост вовсе не выглядел как человек, предлагающий что-то... личное. "Но, - подумала она, - с мужчинами никогда ничего нельзя знать наверняка".

- Ты хорошо знаешь мужчин. - Он передавал ей инициативу.

- Да, Повелитель, наверное. Лицо ее выглядело странно. Она попыталась изобразить улыбку номер три (максимально завлекательную), усвоенную в школе гейш. Поняла, что ошибается, исправилась. Она чувствовала, что происходит нечто важное.

- Посмотри на меня, - сказал он. - Проверь, можешь ли ты доверять мне. Я собираюсь взять обе наши жизни в свои руки.

Она подняла глаза. Что, какое дело может связать его - Повелителя Содействия с квазичеловеком? У них нет ничего общего. И не будет. Но она не отвела взгляд.

- Я хочу помочь квазилюдям.

Она моргнула от неожиданности. Это был грубый подход. За ним обычно следовали еще более грубые предложения. Но его лицо было серьезно. Она ждала.