Полковник постучал пальцем по столу.

- Вы сказали "предполагалось". Значит, вы отдавали себе полный отчет о природе груза и не подозревали наличие на борту контрабанды какого-либо рода.

Роки помолчал и добавил:

- Я подозревал контрабанду, сэр, - сказал он спокойно.

Берт удивленно поднял брови.

- Раньше вы этого не говорили.

- Меня никто не спрашивал.

- И все же, почему вы этого не сказали?

- Я не имел доказательств.

- Ага, понятно, - пробормотал полковник. И снова культурное своеобразие Кофа-4. - Отлично, но, исследовав остатки, вы не нашли доказательства контрабанды? - отвращение на лице полковника говорило присутствующим, что он знает ответ, но хочет иметь его в записи беседы.

Роки долго молчал.

- Я не нашел улик, полковник.

- Почему вы заколебались?

- Потому что я до сих пор подозреваю нарушение закона. Хотя, к сожалению, доказательств у меня нет.

На этот раз чувства полковника выдали себя и он фыркнул с отвращением. Довольно долго он ворошил бумаги на столе, а потом взглянул на майора, принимавшего участие в полете патруля:

- Вы подтвердите показания Роки, майор? Верны ли они по существу насколько вам известно?

Растерявшийся майор метнул на Роки взгляд, полный ненависти:

- Я хочу, чтобы это было занесено в протокол: по моему мнению командир совершил позорный и неразумный поступок. В результате задержки жизненно необходимых материалов...

- Я не требую моральной оценки поступка, - коротко оборвал его полковник. - Я вас прошу подтвердить то, что нам сказал Роки. Все ли происходило так, как он описал?

Майор с трудом глотнул:

- Да, сэр.

Полковник кивнул:

- Отлично. Теперь я задам еще вопрос, джентльмены: имело ли место нарушение Устава? Действовал ли командор Роки в соответствии с требованиями Космического Свода, или нет? Отвечайте коротко - да или нет. Майор Тули, пожалуйста.