Но в этот миг ее слуха достиг звук, не похожий ни на скрип снастей и шпангоута, ни на плеск волн. Девушка поднялась и села, устремив взгляд на бортик, через который, к ее превеликому удивлению, перебрался человек, с которого капала вода. Ее темные глаза широко открылись, яркие губы образовали изумленное "О". Человек, который так грубо нарушил ее покой, был ей незнаком. Вода струилась ручьями по его широким плечам и мощным рукам. Его единственная одежда - алые шелковые шаровары - промокла насквозь, так же как его широкий расшитый золотом пояс. Вода капала с меча, висевшего в ножнах на поясе. Лучи восходящего солнца превратили стоящего у бортика незнакомца в бронзовую статую. Он запустил пальцы в мокрую гриву черных волос. Взгляд незнакомца упал на девушку, и его синие глаза загорелись.

- Кто ты такой? - требовательно спросила она. - Откуда ты взялся?

Он махнул рукой в сторону моря, указывая по меньшей мере румб компаса, а взгляд его не отрывался от стройной фигурки девушки.

- Ты что, морской человек и живешь прямо в море? - спросила она. Нескрываемое восхищение в его глазах привело Санчу в замешательство, хотя она и привыкла к поклонению.

Прежде чем он успел ответить, раздался звук быстрых шагов, и появившийся владелец каракки сердито уставился на незнакомца. Пальцы его сжимали рукоять меча.

- Эй, ты, кто ты такой, черт тебя побери?! - спросил он тоном, далеким от дружелюбия.

- Я Конан, - ответил тот, ничуть не взволнованный.

Санча заново навострила уши. Она никогда не слыхала, чтобы зингаранец говорил с таким акцентом, как разговаривал этот человек.

- И как ты попал на борт моего корабля? - голос владельца был полон подозрения.

- Приплыл.

- Приплыл! - возопил владелец. - Ты смеешься надо мной, пес! Мы далеко за пределами видимости берега. Так откуда ты взялся?