- Здесь мы будем иметь дом на настоящий вечер, - сказал Бинабик. - Дрова, которые я предварительно собирал, совсем сухие, и они не сделают очень огромного дыма. - Он показал на темную трещину в потолке. - Я производил разжигание огня прошлой ночью. Дым прячется там, и потому дыхание возможно.

Саймон устало опустился на пол, и сухие ветки под ним затрещали.

- А как насчет норнов и прочей нечисти? - Если говорить честно, ему в этот момент было все равно. Если он им так нужен - пусть приходят и забирают. Все его тело болезненно пульсировало.

- Питаю сомнение, что они будут отыскивать это место, и питаю еще большее сомнение, что они будут производить долгие искания. - Тролль начал складывать дрова в круге из камней, который он сделал прошлой ночью. - Норны имели важное дело и питали необходимость в вас только для крови. Предполагаю, что оставшиеся смертные предоставят им достаточно крови, чтобы они могли заканчивать свое дело.

- Чего они хотели, Бинабик? - Глаза Мириамели лихорадочно горели. - Что они говорили о Третьем Доме? И кто было это... существо?

- Это весьма устрашающее существо было одним из Красной Руки, - ответил Бинабик спокойно, но лицо его было встревоженным. - Я не видывал своими глазами ничего напоминающего, хотя Саймон рассказывал мне. - Он покачал головой, потом достал кремень, чтобы поджечь дрова. - Не знаю, что он имел в качестве цели, но предполагаю, что, с безусловностью, это было выполнение приказа Короля Бурь. Я буду еще иметь размышления об этом. - Огонь разгорелся, и тролль принялся рыться в своей сумке. - Теперь прошу вашего позволения на лечение ваших ранок.

Саймон сидел тихо, пока тролль протирал многочисленные порезы и ссадины Мириамели влажной тряпкой и смазывал их какой-то мазью из маленького горшочка. К тому моменту, когда наконец настала его очередь, глаза Саймона уже совсем закрывались. Он зевнул.