И он сказал: "Да!" -- теперь уже решительным тоном уверенного в своей правоте человека.
-- Ладно. Я верю тебе,-- сказал слепой.-- Гвидо, установи связь!
Великан подошел к телевизионному устройству и нажал на клавиши. Экран засветился, затем побежали полосы и на экране возникло мясистое, грубое лицо.
Кардини!-- с невольным ужасом вырвалось у Мортимера.
Цветной и объемный, глядел на них сверху вниз всемогущий шеф Всемирной полиции. Позади был виден его секретарь Бушор.
Голос Кардини загремел из динамика:
-- Вы все продумали и подготовили?
-- До мельчайшей детали,-- отвечал Никлас.
-- Тогда я даю знак к началу. Ведите свое великое дело к победе, и человечество отблагодарит вас. Я желаю вам всем счастья в этом мире!
Изображение на экране расплылось и исчезло, Гвидо выключил систему.
Мортимер не мог прийти в себя от изумления.
-- Кардини все известно?--пробормотал он.
-- Он на нашей стороне. Да, на этот раз козыри в наших руках. А ты, Мортимер, посвящен теперь в великую тайну. Это доказательство нашего доверия.
2
Гвидо сам привез его на новом, работающем на батареях кабрио на окраину города -- далеко за внешний пояс, в район предместий, откуда давно уже выселили жителей и где старые одно- и двухквартирные дома с возникшими между ними, выстроенными без всякого плана и разрешения властей постройками образовали сложный лабиринт, напоминающий древние восточные крепости в археологических заповедниках. Оцепление они миновали без всяких осложнений. Гвидо знал один проход, ведущий через заброшенный водоотводный канал, впрочем, полиция мало беспокоилась о закрытых зонах, покуда кто-нибудь не пытался обосноваться там.
Они шли мимо гаражей, садовых участков, крольчатников, откуда еще не выветрился запах старой соломы и помета, они проходили через пропахшие гнилью подвалы и пробирались мимо ржавых решетчатых ограждений, колючей проволоки и полуразрушенных стен. Повсюду буйно разрослись одичавшие бегонии и вечнозеленая роза, побеги фасоли и плети декоративных тыкв, обвивавшие постройки и заборы, превращая этот район в настоящие джунгли, пробираться по которым стоило большого труда. Наконец Гвидо указал на какой-то барак, на крыше которого еще был заметен полустершийся красный крест.