1
Я, Беатриса, всегда завидую тем, кто подлетает к Короне ночью. Зрелище фантастическое: все 1247 почти отвесных горных вершин планеты пульсируют зеленовато-золотистыми извивами света, исторгают водопады сияния, завораживающего красотою и гармонией. Наша колония - единственная на безлюдной Короне - расположена в пологом кратере потухшего вулкана, и ночной корабль сначала зависает над посадочной площадкой, освещая ее прожекторами, а затем опускается, как паучок, по серебряной паутине. Первым обычно выходит экипаж. Но на этот раз, едва открылся люк планетного крейсера, два земных биостража вывели капитана Данилевского. Как водится, почти вся колония высыпала поглазеть на новичка. Он был в темно-синем мундире космофлота и в фуражке с высокой тульей, из-под которой выбивались завитки седых волос. Смотрел не на встречающих, а куда-то в небо, при этом изредка подергивая левым плечом, как будто под мышкою висел пистолет. Все молчали. Биостражи подвели капитана к эскалатору, уползавшему внутрь горы. Вскоре вся троица предстала предо мной, Беатрисой. Я ознакомилась с приговором Сената. Расписалась в шести положенных местах. Поблагодарила биостражей, возвращающихся тем же рейсом. Разрешила экипажу начать разгрузочно-погрузочные работы. Оставшись с Данилевским наедине, я сказала: - Присядьте, пожалуйста, капитан. Успокойтесь. Не дергайте плечом. Приветствую вас на Короне, в обители радости, довольства и покоя. Здесь все - пожизненно. Охраны нет. Возможность испепелить кого-нибудь лазером или вторгнуть в анабиоз - нулевая. Старайтесь доставить себе и окружающим максимум удовольствий. Через неделю вы освоитесь и поймете, что Сенат выбрал для вас райский уголок.