- Что-нибудь серьезное?

- Ничего такого, что могло бы омрачить столь солнечный день, - с улыбкой помотал головой Толлер. - Давай поспешим домой. Мне кажется, я уже целую вечность провел на военном пайке, и жду не дождусь знаменитого мамочкиного обеда, подаваемого на стол в сумерках малой ночи.

- По тебе не скажешь, что армейская диета так уж скудна.

- Зато ты как раздобрел на домашних харчах, - съязвил Толлер, ущипнув Кассилла за жировую складку на животе.

Вместе они повернули к дому. По пути мужчины обменивались ничего не значащими фразами и беседовали о семье, привыкая друг к другу после долгой разлуки. Они уже подходили к Квадратному Дому, названному так в честь резиденции Маракайнов в древнем Ро-Атабри, когда разговор обратился к более серьезным темам.

- Я только что из дворца, - поведал Кассилл. - Есть кое-какие новости, которые могут тебя заинтересовать, - мы посылаем двадцать кораблей на Мир, целую флотилию.

- Да, мы вступаем в удивительную эру - две планеты, но единый народ.

Кассилл взглянул на плечо сына, где красовалась шафранно-голубая эмблема, подтверждающая, что пилоту присвоено право водить как воздушные, так и небесные корабли.

- Там и для тебя найдется работенка.

- Для меня? - довольно равнодушно усмехнулся Толлер. - Нет уж, отец, спасибо. Честно говоря, я с удовольствием как-нибудь побываю там, но сейчас эта планета - один огромный склеп, а я вовсе не горю желанием ворочать груды скелетов.

- Но само путешествие! Приключения! Я, признаться, думал, ты будешь в восторге.

- У меня и на Верхнем Мире дел хватает, - ответил Толлер, и на мгновение его лицо омрачила та горестная гримаса, которую Кассилл подметил еще несколько минут назад.

- Тебя что-то беспокоит, - сказал старший Маракайн. - Предпочитаешь держать это при себе?