Мой город, моя улица, мой магазин, где я всегда покупаю, мой портной, мое - и это самое главное - место работы.

Лишь бы не хуже. Если можно было бы сказать солнцу "остановись", так это, пожалуй, сейчас. (Есть такой трактат - "О счастливейшем времени жизни" - и кто бы поверил - Карамзина(1). Ох, и надоел же он нам в русской школе.) ------(1) Карамзин Н.М. (1766 - 1826) - русский писатель и историк. ------

7x8 = 56. Как годы промелькнули! Именно промелькнули. Только вчера было 7x7. Ничего не прибыло и не убыло. Какая огромная возрастная разница: семь и четырнадцать, четырнадцать и двадцать. А для меня тот, кому 7x7, и тот, кому 7x8, - одногодки.

Пожалуйста, не поймите превратно. Нет двух совершенно одинаковых листьев, капель, песчинок. У этого больше лысина, а у того седины. У этого вставные зубы, а у того одни коронки. Этот в очках, тот глуховат. Этот покрепче, тот еле ноги волочит.

Но я говорю о семилетиях.

Знаю: молено разделить жизнь и на пятилетия - и тоже сойдется. Знаю: условия жизни. Богатство, бедность. Успех, заботы. Знаю, война, войны, катастрофы. Да и то относительно. Одна особа в летах мне сказала: "Избаловала меня война, после трудно было опять привыкать". Даже нынешняя война многих избаловывает. И нет, кажется, никого, кто бы считал, что нехватка сил, здоровья, энергии - не из-за войны, а из-за этих самых 7x8 и 7x9.

Какие невыносимые сны! Вчера ночью: немцы, а я без повязки в недозволенный час в Праге. Просыпаюсь. И опять сон. В поезде меня переводят в купе, метр на метр, где уже есть несколько евреев. Этой ночью опять мертвецы. Мертвые тела маленьких детей. Один ребенок в лохани. Другой, с содранной кожей, на нарах в мертвецкой, явно дышит. Новый сон: я на неустойчивой лестнице, высоко, а отец опять и опять сует в рот кусок торта, большой, этакий с глазурью и с изюмом, а то, что во рту не помещается, раскрошенное, кладет в карман.