Ротик обмытого ребенка уже терзал ее левый сосок.

Кормилица была права - дочь отныне матери не принадлежала. И лет через пятнадцать, встретившись, они даже не узнают друг друга. Каждый должен заниматься своим делом: одни рожать, другие выкармливать, третьи воспитывать. Так устроен мир, и все претензии, пожалуйста, к демиургу.

Наву закачали легкие волны - Кормилица уносила ребенка.

- Подожди! - прошептала Нава. - Дай мне посмотреть на нее...

- Нет, милая! - сказала Кормилица. - Дольше прощаться, больше плакать.

Она скрылась в тумане, и покачивающие родильницу волны постепенно угасли. Потом на свет явился послед, и ласковая теплота проникла в ее лоно, залечивая травмированную плоть. Ведь через неделю Наве предстояло снова погрузиться в Созидалище, а еще через девять месяцев сегодняшний процесс должен был повториться. Для освоения мира требуется много подруг...

Потом Навино тело всплыло, улеглось на поверхности, и это означало, что теперь можно выйти из озера.

На берегу ее встретила М-Аля.

- Поздравляю с первенцем, милая! Во славу демиургу!

В ее голосе не было радости и восхищения.

Нава не ответила. Она думала о том, что в деревне бы травмированную родами плоть залечивало время. Но зато можно было бы кормить ребенка собственной грудью. А Молчун, уже впущенный повитухой в дом и успевший взглянуть на сморщенное личико ребенка, суетился бы вокруг Навы, радуясь и восхищаясь.

Через три дня Нава ушла от Славных подруг.

Оранжевый серв нес ее на руках, оставляя за собой белесые полосы остывающего пара.

Вокруг шла обычная лесная жизнь. С гудением проносились мимо рои ос и пчел. Перебирая шестью лапами, проскочил голубой паук. В передних он нес личинку изварочника. Где-то ревел гиппоцет, отпугивал от творильницы кого-то из лесовиков. Через некоторое время путь пересекли ее питомцы. Цепочка белесых созданий, перебирая ложноножками, колонной направлялась к ближайшему озеру. Люди с Белых скал почему-то называют питомцев щенками. Как некоторых из своих детей...