Я улыбнулся и положил письмо в карман.

Искать землянику расхотелось, да и солнце стало припекать, и я вернулся на тропу, ведущую к дороге.

Дома, выпив большую кружку молока, я завалился под грушу-дичку, которая растет у нас во дворе. Обложился методической литературой — дали целую гору на кафедре — и начал вчитываться в премудрости педагогической науки. Дело в том, что в сентябре моя жизнь делает крутой поворот. Семь лет я работал в школе, а с нового учебного года, прошу любить и жаловать, — преподаватель местного педагогического института.

Премудрости методики давались с трудом, и я на следующее утро занялся ремонтом забора. Мама ни о чем меня не просит, но кто ей поможет, кроме меня. Таким образом, нежелание учить методику получало достойное оправдание, а я — возможность пару дней отдохнуть, выстругивая возле сарая новые штакетины.

Все эти дни я нет-нет да и возвращался мысленно к странному почтовому ящику, прячущемуся в лесной глуши. Что-то подсказывало: у этой «галактической истории» должно быть продолжение. Письмо, которое я ношу в кармане, по-видимому только начало исповеди неведомого существа из неведомых миров. То есть чьего-то фантастического рассказа или повести.

К пятнице забор был готов. Чтобы не бить лишний раз ноги, я взял велосипед и решил съездить в соседнее село — Любимовку. Наше село — бригада, а вот в Любимовке есть все блага цивилизации, в том числе и почта. Оттуда можно позвонить в областной центр и справиться у Марии Демьяновны, которая поливает в мое отсутствие цветы и забирает почту, не пришел ли июльский номер «Семьи и школы». Если меня в очередной раз не обманули, то там должна быть моя статья… На обратном пути можно заглянуть и на лесную «почту» — это по дороге.