Это не было единственным применением краски. С того момента, как было принято решение, что Совету она не нужна, стражники выставили банки для всеобщего использования.

Начались танцы. Во влажной еще одежде словно подвижные радуги, ступающие по разноцветным лужам, мужчины и женщины, собравшиеся на открытом пространстве, образовали круг, взявшись за руки. Какой-то охотник вскочил на ящик и запел, за ним вскочила женщина в желтом платье и принялась в ритм бить в ладоши. Еще кто-то ударил в тамбурин. Все больше и больше людей скакало и прыгало вокруг котлов с красками. Так они танцевали, задыхаясь в радостном самозабвении, пьяные от оргии красок, каких большинство из них в жизни не видело.

Ремесленники и некоторые из стражников, поначалу безразличные, подхваченные общим настроением, постепенно присоединились к танцующим. Из помещения, где занимались сельскохозяйственными работами, от баррикад бежали мужчины, тоже собираясь принять участие в общем празднике.

Комплейн обвел все это пасмурным взглядом и, повернувшись, отправился в сторону Комендатуры, чтобы отдать рапорт.

Один из офицеров молча выслушал его сообщение, после чего приказал ему идти непосредственно к лейтенанту Грину.

Потеря женщины могла быть расценена как серьезный проступок. Племя Грина насчитывало примерно девятьсот человек, из которых чуть ли не половину составляли несовершеннолетние. Женщин же было около ста тридцати. В такой ситуации никого не могло удивить то, что драки из-за женщин были источником самых частых неприятностей в Кабинах.

Комплейна доставили к лейтенанту. Окруженный стражниками, за столом, помнившим лучшие времена, сидел пожилой мужчина с кустистыми нависшими бровями. Хотя сидел он абсолютно неподвижно, вся его фигура выражала неодобрение.

- Пространства для вашего "я", - несмело произнес Комплейн.

- За твой счет, - злобно ответил лейтенант.