Нита обняла мать, потом отца.

- Отдыхай и ни о чем не думай, - сказал папа. Она вздохнула:

- Я постараюсь, папочка. Мамочка... - Она давно уже не называла родителей так по-детски и сама себе удивилась.

Они крепко обнялись еще раз.

- Будь умницей - сказала мама, - Не... - Нита могла и не слушать продолжения. Это "не" она и сама сумела бы продолжить: не делай глупостей, не забывай умываться... но самое главное - НЕ ПОПАДАЙ В ТАКУЮ ЖЕ ОПАСНУЮ ПЕРЕДЕЛКУ, КАК В ПОСЛЕДНИЙ РАЗ... И В ПРЕДПОСЛЕДНИЙ, И ВО ВСЕ ПРЕДЫДУЩИЕ...

- Я постараюсь, ма... - покорно сказала Нита. Это все, что она могла обещать. Теперь она посмотрела на Кита.

- ДАИ, - сказал он.

- ДАИ СТИХО, - ответила она.

Это было одновременно приветствие и прощание, которыми обменивались волшебники на Языке, и могло означать или "прощай навсегда", или же "пока". Ните в этот момент казалось, что она произносит первое.

И слова застряли у нее в горле. Больше она уже ничего не могла выдавить. Повернувшись к ним спиной, Нита пошла по длинному коридору, по холодному, длиннющему коридору аэропорта к самолету.

Это был "Боинг-747". Может быть, после нервного напряжения, всей этой неприятной и бестолковой суеты со сборами и прощаниями ее чувствительность слишком обострилась, но самолет сейчас воспринимался как живое существо. Так бывало только после напряженной волшебной работы с Китом, когда механические вещи оживали и становились понятными и близкими. Вообще-то это была его специальность - слышать разговор камней, читать мысли лифта или морозильника, странные мысли вещей, бегущие потоком энергии, которая существовала во Вселенной независимо от того, создана ли вещь руками человека или самой Природой. Нита слышала и чувствовала, как напрягся самолет. Он весь был поглощен этим непобедимым желанием рвануть, вырваться отсюда, взмыть в свободный простор.

Войдя внутрь, Нита украдкой похлопала дружище самолет, как бы приветствуя его. Затем покорно пошла за стюардессой на свое место, пристегнула ремень и потянулась к Учебнику.