У этих мясистых листьев были острые, как бритва, края, чтобы отпугивать травоядных. Вдруг я заметил травоядного величиной с лису, который поедал середину листа. Он поднял голову, увидел нас и пустился прочь. И вдруг сверкнула красная молния- это распустился цветок пустыни. Мягкое красное солнце освещало все, и все казалось декорацией в ночном клубе, который я видел дома. Он был декорирован так, как, предполагалось, выглядел Марс перед началом космических полетов. Иллюзия удаленности: красный песок, прямые как струна каналы, в которых текла удивительно прозрачная вода, хрустальные башни, которые высоко поднимались в небо, и невероятно ясный, сияющий серп луны. Мне вдруг захотелось пить.

Я стал копаться в карманах моего седла в надежде найти бутылку. И я нашел одну, она была довольно полной. Я открыл бутылку, поднес ее к губам - и почти задохнулся. Мартини! Немного сладковат, но холоднее льда. Я пригубил два раза и опять спрятал бутылку.

- Я люблю жителей Доуна, - сказал я.

- Хорошо. А почему?

- Ни один житель равнины не додумался бы положить бутылку мартини в взятый напрокат воздушный велосипед, если бы этого настоятельно не потребовали.

- Гарри - славный парень. А вот и шар!

Я посмотрел и действительно увидел грога, сидящего в своей собственной тени, и его песчаного цвета волосы едва выделялись на песке. И вдруг я понял, почему я так неожиданно проснулся на рассвете.

- Что случилось? - спросил Хильсон.

Я понял, что застонал от удивления.

- Ничего. О животных Доуна я пока знаю далеко не все, что должен знать. Выделяют они твердые вещества?

- Выделяют ли они?.. Да, ты благородно выразился. Да, выделяют.

Хильсон направился к шару в одиночестве. Грог прочно сидел на плоском камне, один бок которого выступал из песка. Скала была абсолютно чистой.

- Гроги тоже это делают.

- Верно.