Или новые люди пользуются новыми законами…

Или старые люди пользуются старыми законами…

Хмурясь от того, куда завели его мысли, Армстронг допил кофе и направился к выходу. В дверях, уловив в зеркале свое отражение, он остановился и некоторое время изучал собственные черты. На широком смуглом подвижном лице ясно выделялись серые глаза, и это создавало впечатление твердости, надежности и… обыденности.

– У какие у тебя большие зубы, бабушка, – произнес Армстронг. Отражение оскалилось и ответило: – Это чтобы легче съесть тебя, моя дорогая! – Слишком я расфантазировался, – пробормотал он сокрушенно. Хотя именно благодаря фантазии появились суперкамера, солнечный компас и другие идеи, в тот момент он был чересчур зол на себя, чтобы отдать ей должное. – Пора образумиться!

Последнее мрачное замечание стало пророческим, хотя Армстронг об этом не подозревал. Первым раздался звонок от Нортона.

– Ферги говорит, что Боб Мэндл в последнее время считался одним из самых многообещающих астрофизиков. К его теориям присосалась толпа народу. Я видел у Ферги последнюю статью Мэндла. Там целая прорва безумных рисунков и формул, а речь идет о каких-то кривых Мэндла, которые хитрым способом взаимодействуют с другими каракулями – фигурами Лиссажу. И это взаимодействие якобы доказывает, что фотоны имеют массу покоя. Лично мне абсолютно наплевать; есть у фотона масса покоя или нет. Но Ферги считает, что эта статья – серьезная заявка на открытие чего-то там такого-эдакого.

– А как насчет остальной информации? – напомнил Армстронг.

– Ах да! Ближайший аналог Мэндла – профессор Мэндл.

Армстронг продолжал терпеливо смотреть на экран и, встретив наконец взгляд Нортона, коротко рявкнул:

– Повтори!

– Единственная здешняя светлая голова уровня Мэндла – профессор Мэндл. С моим телефоном все в порядке. Что-то не так с твоим?