Однако детей объял панический страх. Самолет завалился набок. Глянув поверх детских голов в иллюминатор, Марта увидела стремительно летящие навстречу пенистые гребни волн, такие высокие, как будто кипящий океан задумал слизать с неба облака.

Потом иллюминатор затянуло белой пеленой, тело гигантского авиалайнера застонало, однако никто не почувствовал никакого удара, никакого сотрясения.

Самолет провалился в белую пену как иголка, скользнувшая в пышные кружева.

Марта притянула к себе как можно больше детей, стоявших рядом, и запела во всю мощь своего голоса:

Голу-голу-голубица

с белой шейкой,

как у Нельки,

и с косынкой,

как у Нинки,

Научи меня летать,

Чтобы мир мне повидать...

Затем в салоне забрезжил голубоватый свет, охваченные ужасом пассажиры внезапно впали в какое-то сонное оцепенение, а странная особа продефилировала из конца салона к Марте и совершенно спокойно предложила:

- Оставьте детей. Нам нужны только вы.

- Как это я оставлю детей? - крикнула ей Марта. - Это мои дети!

Дама сговорчиво уступила:

- Хорошо, возьмите с собой дочь.

- Куда я ее возьму? - все больше раздражаясь, сварливо поинтересовалась Марта.

- Туда, где вам следует быть!

Марта внезапно решила, что гневаться на бесцеремонность этой особы ниже ее достоинства и, беря себя в руки, с вызывающим спокойствием заявила:

- Я останусь здесь, с детьми! Что бы с нами ни случилось.

Дама снисходительно усмехнулась.

- Вы хотите вовлечь детей в опасное предприятие, касающееся только вас одной?

- Да перестаньте вы! - воскликнула Марта, забывая, что решила не обращать внимания на бесцеремонный тон собеседницы. -Я вовсе не собираюсь участвовать в опасных предприятиях.