— Стоп! А тут?

Тишина на перекрестке висела, наверное, целую секунду.

— В «Обвале»?! — хором спросили Ян и Антон.

— Почему нет?

Они оба уставились на меня так, словно я и был тем самым Балрогом, явившимся на перекресток и чистосердечно сознавшимся в содеянном.

— Ну, ты загнул… — ошарашено произнес Ян, — Мы конечно туда заглянули.

Мимоходом. Ты ведь не думаешь, что они туда полезли? Там же свернуть себе шею — раз плюнуть. Да кто туда полезет? Там ведь никто не ходит — даже Скиф. Да эти балбесы если бы и заглянули туда — испугались бы так, что… — Ян запнулся, — Они ведь не самоубийцы!

— Бат! Окстись! — Антон участливо посмотрел на меня.

— В любом случае — проверить просто, — я взглянул на Яна. Тот пожал плечами.

Проверяй, если хочешь.

Щель оказалась узкой. Обдирая ракушечник плечами, я протиснулся в нее ногами вперед. Длинный зал за щелью был перегорожен четырехметровой глыбой ракушечника, отколовшейся от потолка и наискось застрявшей между стен. На первый взгляд тут действительно никого не было.

На первый взгляд.

Я подошел к глыбе. Мелкая ракушечниковая крошка, покрывавшая камень, была стерта в нескольких местах. Чуть в стороне — смазанный отпечаток растопыренной пятерни — кто-то оперся на глыбу, перебираясь через нее. Свежий отпечаток. Несколько царапин рядом. Чьи-то каблуки? Подковки? Что-нибудь еще?

Я осторожно перелез через глыбу.

— Ну? — поинтересовались сзади.

— Лезьте сюда, — просто ответил я.

Сзади меня громко зашуршал осыпающийся ракушечник. Широкий луч аккумуляторного «коногона» ударил сначала в потолок, потом уперся в стену передо мной.

— Чтоб меня покрасили… — пробормотал Антон.

Снова послышался хруст бута. Второй луч света скользнул по стене, встретившись с первым.

— И где были наши глаза?.. — проворчал Ян.