– Ты еще не заснул? – слышу я голос Ройвена.

– Нет, Ройвен, только собираюсь.

– Фрэнк Карутти, 41 год, погиб 23 июня в пятницу на Тринадцатом шоссе, между Риверглейдом и Хайбриджем. Резко затормозил при обгоне, машина пошла юзом, слетела под откос. Тебя устраивает?

– Вполне, Ройвен. Огромное тебе спасибо. Вот только если ты разрешишь…

– Что именно?

– Если я на днях к тебе заеду, ты мне покажешь документы: рапорт там, протокол, – как у вас это все оформляется…

– Зачем? Ты что, мне не веришь? – в голосе Ройвена послышалась обида.

– Господь с тобой, Ройвен. Просто… Ты понимаешь… Иногда что-то западает в голову, и, чтобы выбросить это оттуда, нужно самому…

– У тебя есть какие-нибудь сомнения?

– Не знаю…

– Ну хорошо, приезжай, когда сможешь.

Весь следующий день я думал. Я пытался высчитать, какова вероятность, что Карутти покинул этот мир без посторонней помощи. К сожалению, мои скромные познания в теории вероятностей мешали мне сделать окончательные выводы. Теория вероятностей – отличная штука, когда нужно вычислить, сколько у тебя шансов, подбрасывая монету, получить сто раз подряд эрла. Или решку. Но она сразу же перестает работать, когда вместо подбрасываемых монет имеешь дело с Тринадцатым шоссе, перевернутой машиной, трупом человека, который очень нуждался в твоей помощи и в тот самый день хотел приехать к тебе.

Я ехал с работы домой в Риверглейд и все время видел медленно переворачивающуюся машину, распятый в последнем крике рот, расплывающееся на сиденье пятно крови.

Должно быть, картина эта основательно завладела моим воображением, потому что я вдруг сообразил, что стою перед Восточными Риверглейдскими воротами, а оба часовых подозрительно посматривают на меня. Я встряхнул головой, совсем как Бетти Карутти, и вышел из машины.