Странное зрелище представилось нам. Признаки смерти, конечно, белизна костей, на которых некогда была плоть. Мы ожидали этого. Но один из скелетов был втиснут в ржавый продолговатый корпус с утолщением посредине, стоявший на металлических колесах, одетых каким-то жестким черным веществом. Виднелись другие подобные же сооружения, и Бинпол остановился около одного, заглянул внутрь. Он сказал:

- Места для сидения. И колеса. Это какой-то экипаж.

- Не может быть, - возразил Генри. - Нигде нет упряжи. Может, она сгнила?

- Нет, - возразил Бинпол. - Везде одно и то же. Смотрите.

Я сказал:

- Может, это были хижины, в которых люди отдыхали, когда уставали идти.

- С колесами? Нет. Это экипажи без лошадей. Я уверен.

- Их двигал один из твоих котлов, конечно! - заметил Генри.

Бинпол совершенно серьезно ответил:

- Может, ты и прав.

Некоторые здания обрушились от старости и непогоды, кое-где на большом пространстве они были разбиты, казалось, молотом с неба. Но большинство было более или менее нетронуто, и мы зашли в одно из них. По-видимому, это был магазин, но огромных размеров. Множество металлических баночек рассыпано по полу, некоторые еще лежали на полках. Я подобрал одну из них. Она была обернута в узкую полоску бумаги с выцветшим рисунком сливы. На других банках тоже виднелись рисунки: фрукты, овощи, тарелки супа. Конечно, пища. И вполне разумно: если столько людей жило вместе, без обработки земли, пищу им должны были привозить в сосудах, как моя мать готовила продукты на зиму. Банки проржавели, в некоторых местах насквозь, внутри виднелось сухое нераспознаваемое месиво.

Магазинов были тысячи, и мы осмотрели многие. Содержимое их нас изумило. Огромные свертки ткани, которая еще сохранила дикие цвета и рисунки... ряды рассыпающихся бумажных коробок, полных истлевшей обуви...