- Мечами.

- Вот-вот, с мечами. У них острые концы, чтобы протыкать тело. Вы могли видеть их на старых картинах и, возможно, удивлялись: для чего существовали такие странные приспособления? Мы, конечно, и раньше использовали их как элемент декора, принимая за ритуальные предметы, вроде тотемов или символов власти, а они, оказывается, предназначались для убийства.

Епископ принялся оправдывать свое невежество.

- Во всех этих древностях чрезвычайно трудно разобраться, составить из множества мелочей стройную разумную концепцию. Случалось мне наблюдать этот феномен у визитеров в нашу эру. Он, кстати, должен, по-моему, включать в себя еще и гнев!

- По моим скромным сведениям, совершенно необязательно.

И разговор перешел на другие темы: обсуждение последних новостей и возможного местопребывания Джерека Карнелиана с миссис Ундервуд, Лорда Джеггеда Канарьи и неотесанных инопланетян Латов.

- Браннарт Морфейл по обыкновению раздражителен и отказывается говорить на эту тему, - сообщил Епископ Тауэр. - Он все толкует об опасностях “вторжения на фабрику Времени”, но я не верю в беспристрастность человека, готового изображать из себя едва ли не собственника этого самого Времени.

- И все же стоит призадуматься, - сказала Железная Орхидея. - Мне совсем не по душе исчезновение моих близких. А что вы думаете, космические путешественники, Латы, имели склонность к насилию!

- Именно этим можно было бы объяснить всю сложность общения с ними, но давайте продолжим разговор после встречи с Миледи Шарлотинкой. - Епископа начала утомлять беседа. - Трогаемся?

Когда они вверх ногами по отношению к земле выходили наружу, Епископ Тауэр оценил наряд Железной Орхидеи и сказал любезность. Костюм темно-синего цвета был создан по мотивам одежды, увиденной матерью Джерека в кафе “Рояль” XIX века. Особенное очарование облику придавала каска, но Епископ Тауэр так и не решил, к лицу ли Железной Орхидее усы.