- Ты сказал - Шинон умер? - проговорил зодчий. - Отчего?

- Убит!

- Убит? - Несмех был поражен. - Кем убит?

- Его убил некий Эрд, светлорожденный из Империи, - Лэн смотрел не на зодчего, а куда-то вбок. - Трудно поверить, но это так! Он - хороший боец, этот светлорожденный. Говорят, они дрались честно: клинок на клинок. Хотя никто не видел: свидетелей не осталось. Так мне рассказал Ганг, тысяцкий. Еще он сказал, что у северянина был какой-то особенный меч, но сам Ганг в это не верит.

- Я знаю Ганга, - сказал Тилод. - И сам расспрошу его.

- Не выйдет. Он отбыл. По велению Великого Ангана...

Сайт принес вино и фрукты.

- Вино неважное! - предупредил Лэн. - Я нынче небогат! Все истратил, чтобы похоронить брата. На жертвы тоже... - Голос его был бесцветен, как осенние сумерки.

- Сочту за честь помочь тебе! - предложил Тилод. - Мои деньги...

- Нет, не нужно. Благодарю. Скоро я получу сезонное жалованье. Брат высоко ценил тебя, зодчий Тилод! Спасибо тебе за этот дом: он теперь мой!

- Я строил его для Шинона! - с горечью проговорил Несмех. - Но боги рассудили иначе! Пусть Судьба будет милостива к тебе, Лэн!

- Все мы умрем, - ответил моряк. - Пей, господин зодчий! И ты, госпожа, пей! Шинон был лучшим в нашей семье. И он не оставил наследника!

- Он - странный! - сказал Тилод, когда они с Эйрис снова оказались на улице.

- Ему плохо, - ответила женщина. - Ты понимаешь его боль! - Она обняла Тилода, прижалась к нему. - Но тебе - легче! У тебя есть я! И есть наш сын! Куда мы теперь пойдем?

- К Наместнику! - решительно сказал Тилод. - Даже если он причастен к моему исчезновению, все равно: лучше к нему, чем к Дагу! В этом городе заправляют они! И еще Ганг. Но Ганга, к сожалению, нет!

Стража у дворца скрестила перед ними копья, хотя шедший за ними гонец вошел беспрепятственно.