– Это вулкан Алаид, – сказал кто-то.

– Хорошо бы туда… – сказал Ашмарин.

Он опустил голову и стал думать, как когда-нибудь обязательно поднимется на этот конус. Воздух там, наверное, холодный, такой холодный, что стынут зубы. На нем будут такие же тяжелые горные ботинки, как у Сорочинского. Пожалуй, он даже возьмет Сорочинского с собой.

– Хорошее, синее небо, – сказал Ашмарин громко. Он закрыл глаза и подумал, что боль уходит. И сразу захотелось спать.

– Заснул, – сказал кто-то.

Ашмарин дремал и ему казалось, что он стоит на белой вершине Алаида и смотрит в синее небо. Можно часами смотреть в него, такое оно синее и удивительно земное. Небо, под которым возвращаются.