"Бессмысленно заявлять, что факт существования каждой человеческой личности весьма маловероятное явление. Весьма - по отношению к чему? Без определения нулевой точки, начала шкалы отсчета, определение вероятности и вся основательность вероятностного подхода становятся пустым звуком.

Расчет показывает, что соединение осколков стакана в целый стакан или замерзание воды в котелке, поставленном на огонь, все-таки более вероятно, чем мое рождение в XX веке, если определять его вероятность на момент появления стада мамонтов у Влтавы.

Итак, с позиций термодинамической физики существование каждого человека это космически невозможное явление, поскольку оно столь маловероятно, что непредсказуемо. Следовательно, или ошибается физика, утверждая универсальность своей теории вероятности, или не существуют люди, а также акулы, мухи, лишайники, ленточные черви, летучие мыши и папоротники, потому что сказанное сохраняет силу для всего, что живет".

Так заканчивается труд "Де импоссибилитате витэ", представляющий, собственно говоря, огромное введение ко второму тому дилогии. Автор стремится там показать, что в истории не содержится никаких других фактов, кроме совершенно невероятных с точки зрения теории вероятности. Профессор Коуска ставит на пороге XX века воображаемого футуролога, наделяет его всей доступной в то время информацией и задает этому персонажу ряд вопросов. Например: "Считаешь ли ты вероятным, что скоро откроют серебристый металл, схожий со свинцом, который сможет уничтожить на Земле жизнь, если два полушария из этого металла соединить простым движением рук так, чтобы из них получилось что-то вроде большого апельсина? Считаешь ли ты возможным, чтобы вон та старая бричка, к которой господин Бенц приладил трескучий мотор в полторы лошадиных силы, вскорости размножилась бы так, что от удушливой вони и отработанных газов день в больших городах превратился бы в ночь, а проблема, куда поместить такой экипаж после окончания поездки, выросла бы до размеров главной беды столиц?