В свете дугового лампиона лицо незнакомца казалось неживым.

– Простите… Вы здесь живете? – спросил человек, делая ударение на слове «вы».

– Я, – подтвердил Венс, останавливаясь.

Незнакомец, видимо, волновался, с трудом подыскивая слова. Венс обратил внимание на его странный выговор. Да и одет он был необычно. Серая хламида, видимо, не спасала от холода, пришелец дрожал, кутаясь в нее.

– Мне… нужен… один человек… который живет… – жил здесь, – с усилием проговорил незнакомец.

– Здесь живу только я, – сказал Венс.

– Давно?

– Двадцать лет.

– Двадцать лет! – повторил незнакомец со странной улыбкой. – Срок, конечно, немалый… А вы случайно не знаете… тут раньше жил мой друг…

– Как его звали?

– Свен… Свен – мудрая голова…

– Свен? Так звали моего предка… прадеда… Но это было давно. Кажется, в Безлюдном веке… – Венс почувствовал нобъяснимое волнение.

– Очень рад, – сказал незнакомец все с той же странной улыбкой. Мне, можно сказать, повезло. – После чего сделал жест, смутивший Венса: шагнул к нему и крепко пожал руку, которую юноша не успел отдернуть. Ладонь незнакомца была холодна, как лед.

– Вы… оттуда? – Венс и сам не смог бы объяснить, что означает его вырвавшееся «оттуда».

Незнакомец осторожно кивнул, словно боялся, что отвалится голова.

– Прошу, – спохватился Венс и гостеприимно распахнул дверь.

Лицо пришельца с самого начала показалось Венсу знакомым. Где мог он видеть эти суровые, резкие черты, словно высеченные из камня? Этот орлиный, с горбинкой, нос?

Незнакомец потер ладонью широкий лоб. Губы его были плотно сжаты. Он с волнением оглядывал комнату и вдруг с хриплым криком подскочил к стене. Там, в углу, над окном, висело древнее цветное фото в обшарпанном багете. Незнакомец сорвал фото и долго вглядывался в него, беззвучно шевеля губами.